Е. Б. и И. Б.
Весь вечер воет ветер зверем!
Треск да грохот! И небо краской воронья.
Чихала туча, заразившись от апреля…
А после высморкалась. Прямо на меня!
Её холодная и мерзкая мокрота
липучкой тело до ступней обволокла.
И тотчас тучная промозглость до аорты
всосалась в поисках душевного тепла.
Погодка сволочна. И дома
нет уюта: и там я не в своей среде.
Но то стихия: мечет молнии и громы!
А вы ответите за беды на Суде!
Здесь ветер шабашем и небо грузной тушей
зловещим знаком одиночке: «Обречён!»
Вы ж столько лет плевали желчью в душу,
что мне гроза с мокротой нипочём.
Гроза сошла. А вы? — Сбежали!
Горькой правде предпочитая миражи.
Разве совесть, одна хоть заповедь скрижалей
вам в оправдание предательства и лжи?!
Одежду, обувь дома скинул: ночь просушит. —
Разжёг камин, к теплу погоды круговерть…
Согрел я тело водкой и горячим душем.
Но есть ли способ душу отогреть?