Не стесняйтесь смотреть мне в глаза,
говоря неприятные вещи:
я бы многое вам рассказал,
в чём никем никогда не замечен…

Я б такого добавил в портрет,
что вы мастерски так рисовали,
да боюсь, ваш искусный навет
затеряется серой деталью.

Я бы в несколько жирных мазков,
даже кистью, как вы, не владея,
из богатой палитры грехов
дописал бы прообраз злодея.

Но когда с болью наедине
вы останетесь, жизнь вспоминая,
в ярких красках безоблачных дней
вам явится картина иная.

Не смущайтесь при виде лица
(то не зеркала ракурс запретный):
взгляд ханжи, вора иль подлеца… —
реализм в жанре автопортрета.

Анжелине Марие

Пробужденьем надежд, явью призрачных грёз
в утро, когда дум грустных в россыпь,
ветер хмельной, видно в шутку, — на осень
крошку горошинку в дом мой принёс.

А до этого ночь гнало к чёрной дыре.
Мрачный рассвет беды мне прочил.
Но целый мир с тем волшебным комочком
стал с каждым днём всё светлей и добрей.

Через осени сыпь, сквозь заносы зимы,
в водах весны жизнь прорастала.
Радость со мной уживалась помалу,
будто судьбой мне дана не взаймы.

Лето — жизни в посыл, красоте в многоцвет.
Утро в тот день рано умылось.
А перед тем мне всё девочка снилась
белым цветком, с кем я в тесном родстве.

Светом новой звезды, в неуёмный восторг
сладкий мой сон с солнечной выси,
как обещал, вскоре наземь спустился.
Вечер. Светло. В доме свежий цветок.

Пусть на счастье цветку пьют и шутят ветра!
В девичий сок выльется лето!
Пусть напоют птицы многае лета
и будят улыбки её по утрам!