Тощий ветер змейкой по земле
лижет лужи.
А я, худой, на ужин
тоску пью столько лет.
Она стекает в душу
рекой обид и бед.
И к горлу льнёт всё туже,
вечность мне суля,
одиночества петля.

Ветру что? — Напьётся и слетит
вольной птицей.
А мне тоской напиться —
петля, как ни крути.
Тоска — палач и жрица,
и пустота в груди.
И наяву, и снится
горькой влагой. Но
я иссушу стакана дно!

Стихи Алексея Ерошина

И был туман.
По всей земле
Лежал –
От края и до края.
Дома,
В себя его вбирая,
Скрывались в млечном киселе.
И был туман.
И тёк – белей
Белил,
И гуще каши манной.
Тонули
В патоке туманной
Ряды
Продрогших тополей.
Туман –
Безлик,
Безрук,
Безног,
Вливался в глотку,
Тёк за ворот,
И пил его
Притихший город
Взахлёб,
И всё испить не мог.
И пропадал,
И таял весь,
И растворялся в белой пене,
И полулюди-полутени
Вливались
В сумрачную взвесь.
И погружались в бездну ту,
И слепо шаря в ней руками,
Скитались в пустоте веками,
И уходили –
В пустоту,
По блёклым пятнам белых луж
Брели,
Понурясь виновато,
Туда,
Откуда нет возврата –
В пристанище
Заблудших
Душ.

И был туман по всей земле…

Стихи Алексея Ерошина

Обезлюдел,
Опустел,
Отжил
Старый дом у безымянной речки.
Теплый дух
Ушел из русской печки –
Так уходит в землю
Кровь из жил.
Поутру потерянным щенком
Голосит в трубе продрогший ветер –
По траве росистой
На рассвете
Некому прошлепать босиком.
Не разбудит внука по старинке
Звон молочных струек о ведро.
С лавки
Не прищурится хитро
Рыжий кот
На пенки в теплой крынке.
Выстрелы пастушьего бича
Хлестким эхом
Не вернутся с луга.
Пестрая пугливая пичуга
Не вспорхнет на ставень, щебеча…
Зарастает в детство колея.
Или память стала слабовата…
Неужели
Я здесь был когда-то?
Был ли это я?
И был ли… я?..

Стихи Марины Левиной

Белые дни превращаются в чёрные ночи —
это гораздо привычней, чем наоборот.
И рассыпается чаша твоих многоточий
Бисером мелким на мой загорелый живот.

Руки твои пахнут морем, а море – свободой.
Это чудесно, но можно и наоборот.
Память плетёт кружева нескончаемой кодой.
Память, не надо! Неужто мне мало забот?

Руки мои были связаны, крылья – простёрты!
Плавали – знаем, бывает и наоборот.
И на столе карта Крыма в отметках потёртых:
тут мы гуляли, а там развлекали народ.

Жаркие дни переходят в холодные ночи –
лучше бы всё было с точностью наоборот.
Я бы хотела к плечу твоему, даже очень…
Время! Отпущено мало. Но это не в счёт…

Хотеть к плечу можно. Хотеть можно очень.
Ведь так?