Ты маской не скроешь лицо, пока мы вдвоём:
смотрю на тебя я давно без иллюзий.
Не ты ли сама надежду с удачей, живьём,
стянула по прихоти намертво в узел?

Тебе да не знать последствий? Причём, наперёд?!
Стена ненадёжна, коль трещин в излишек.
Мой крик не потряс пустоту. Беда щель найдёт!
Ты слушала. Но тебе не дано слышать!

Стонал я, хрипел я и выл — тебе нипочём:
бесчувственный код — ты довольна собою.
Тебя прослезить? — Нет, был я дурак дураком! —
Программа: тебе не познать чувства боли.

Искусна ты в рукоделье. Ты мастер узла!
Распутать его, может быть, не судьба мне.
Но, дай только срок, — невольниц я вырву у зла!
Петлю эту я перегрызу зубами!

По всему холсту краски тучами
понатыкала кисть колючая.
Понаплюхала, поразмазала
козни чёртовы лапой грязною.

Старый холст под слоями красок.
Но этот пласт в явный перегруз:
прост сюжет — взгляд свинцовых масок.
Мерзкий взгляд. Многолик, но пуст.

А когда-то кисть, шёлком волосы,
покрывала холст лёгким золотом.
Что ни слой, пейзаж в красках радости.
Вволю солнца днём. В ночь звезда блестит.

В тех пластах беззаботность лета.
Там даль мечты — радугою рос.
Там теплом — каждый луч рассвета.
А теперь ни тепла, ни грёз.

Вновь былых картин ей не сотворить.
И задумала, напоследок, кисть:
“Размалюю холст бурей-вольницей.
Ну, а там, глядишь, распогодится…”

Раздели мою печаль, Водолей!
Я наполню твой бокал. С переливом.
Аль не ты, как сыну, сам говорил мне
о добре когда-то?
Там, в феврале?

Обещал ты мне (но, видно, не срок)
и любовь, и друга верного рядом.
А потом растасовал и раскладом:
нелюбим, как видишь.
И одинок.

Я давно не жду сочувствия Рыб:
на меня они махнули хвостами.
О душевности плели мне,
а сами
после нереста ушли от икры.

На беззвёздном небе шабаш теней.
Тишина им — что юнцам дискотека.
Допиваю я напиток свой терпкий.
Зодиак? —
Ползёт по голой стене …

Лучики рассвета нежат зелень шёлка:
в капельках играют. А потом слетят.
Так или иначе, пусть совсем недолго,
но сверкает счастье в каплях бытия.

И хотя пока что градус мал для лета,
двор здоровьем дышит: воздух чист и свеж.
Так или иначе, но сюжет рассвета
жизнь воспринимает светочем надежд.

Блеск в зрачках росинок быстротечным утром
потускнел и высох с появленьем дня.
Так или иначе, но природе мудрой
грусть скрывать нет смысла. Даже от меня.

По росе зарею, под дождём к обеду… —
так или иначе, там и здесь вода.
Разум утешает: «Всё пройдёт. Бесследно.»
С ним душа созвучна: «Сгинет. Без следа.»

Обещало утро. Подытожит вечер.
Разочарованье — кислый плод мечты.
Так или иначе, всё впитает вечность.
Не жалей о прошлом: где оно, где ты…