На стыке знаков Зодиака

Мысли.
Мир — шкатулка тайн и мистик.
Вечный мрак. И в этом смысле
нам до истин далеко.
И, всё ж, есть метод:
он по звёздам и планетам
обнажит судьбы секреты.
Ключик к коду — гороскоп.
Только
код не базис, а надстройка.
Недаром столько
развелось календарей!
Выбрал.
Вот те на: в одном я — Рыба,
и тут же выдал
мне другой, что — Водолей.

Тучей
горизонт? — Тебя научат
обуздать судьбу на случай,
если грозы впереди.
Мой резус — ребус:
Водолей пророчил небо
голубое, Рыбой мне был
послан знак иной — «Дожди».
Если б
на всю жизнь гарантом вексель
на свод небесный
унаследовать в геном,
был бы
Водолей в согласьи с Рыбой —
мне жребий выпал
жить в измерении двойном.

Скопом
от пожара до потопа
(если верить гороскопам)
на судьбу есть узелок.
Кукиш!
Век живи — судьбу не скрутишь:
жизнь — кобылка на скаку, ты ж —
мчащий к финишу ездок.
Вроде,
легковес я по природе:
к езде пригоден.
И, пока ещё, в седле.
И, всё же, после
седока лошадка сбросит
как ответ на все вопросы.
Рыба ты иль Водолей.

Скоморох

Текст написан по стихам
Галины Семизаровой

Поиграй на дудочке, скоморох:
думы пусть мои трелью выветрит.
До чего ж мощна твоя карма! Ох,
не был бы столь чувственный пыл твой — флирт!

Сотвори мелодию в радость дня!
Вольной птицей по небу пусть летит!
Знать бы, что любовь твоя ждёт меня.
И что моя, беспечная, мне сулит?

Тщетно лето громы и молнии
мечет над моими безумствами:
музыка с надеждой в гармонии
хмелем мне! Как жаром бес уст твоих!

Пусть мои все чувства заветные
в три регистра дудочка выскажет.
Век в ладу, сбегу ли за летом я —
лихим и упоительным был сюжет!

Ох и тяжко, девицы, так любить.
Для того ли, милые, я цвела?
Оборвётся или нет к счастью нить,
но покой мой дудочка увела…

Яма

Уголок есть на планете:
ров, в низине обелиск,
камни в тон, в металле дети
и шагов семнадцать… Вниз.
А вокруг в осанке гордой
ввысь стремится молодой,
возрождённый мирный город.
Над застывшею бедой.

Жизней тыщи в месте этом.
Хоть к рекорду далеко,
но зато в квадратном метре
смерти хватит на рекорд!
Много лет в кровавой влаге
в бывшем логовище зла,
за оградою в овраге,
как нигде, трава росла.

Пусть груба была натура,
но наглядней был урок:
смерти там архитектура,
человечеству плевок
зовом к разуму застыли
чтоб будить! Теперь не то —
боль живую замостили
в мёртвый камень и бетон.

Хоть загон той бойни самой,
нынче в камне дорогом,
он с тех пор зовётся ямой. —
Я б назвал то место дном! —
Там в детей стреляли звери,
велиары, упыри…
Там земля теперь не преет
гнойной массой на крови.

“Яма” – место в минском гетто, где 2 марта 1942 г.
              растреляно 5000 человек

      

К другу

Стихи Галины Брусницыной

Вы какой-то неприкаянный —
Может, каяться пора…
Взгляд ваш несколько отчаянный,
Видно, чаянья — игра…

Вы какой-то неуютный,
Надо бы в душе прибраться…
Вроде, жизнь не бесприютна,
Вроде, не к чему придраться,

Вроде, в действиях всегда точны
По примеру королей…
Вы какой-то недостаточный,
Хоть с достатком всё о’кей.

Почему же, неизвестно,
Сильного — я вас жалею…
Вы в душе моей уместны,
Вместе с вами и болею…

Попутчики

По сонным кронам вниз сползает тихо осень
в истоме сентября
который день подряд.
Пока их бархат дышит красками, но после
замрёт в цвет янтаря. —
Такой уж здесь обряд.

Подобной красоты, увы, недолог век.
Ползёт по кронам осень. На ночлег.

Ах, сколько раз вот так же осень наблюдал я
в совсем другой стране.
Но, почему-то, мне
не думалось тогда, что быстро увядает
краса сентябрьских дней,
что жизнь спешит за ней.

Меняет с грустным смыслом осень свой наряд —
мудрейшая пора календаря.

Понятней мне теперь сентябрь как ровесник,
попутчик на постой.
Как собеседник мой.
По осени мы с ним давно плетёмся вместе.
А что не тот настрой? —
Так это не в первой…